Гамбит предателя  - Евгений Лакс

В отличие от салларийских джунглей, где лишь опытный местный житель мог позволить себе собирательство из-за огромного количества опасных, ядовитых и даже плотоядных агрессивных растений, здесь каждый имел возможность наслаждаться дарами леса, и огромной редкостью было найти что-то действительно вредное для здоровья.

Угроза крылась в не менее разнообразном животном мире. Волчьи стаи, гигантские аркейские медведи, рыси и более редкие хищники. Местные орланы с двухметровым размахом крыльев, способные унести в своих когтях молодую козу. Борры – агрессивные предки росомахи, отличающиеся громадными размерами и обитающие лишь на Аркее. В горах водятся карнаки, снежные волки и барсы.

Сколь радушен и разнообразен растительный мир Аркея, столь же опасен и жесток животный. Децимус во все глаза изучал его, отвлекаясь от мыслей об их миссии. Увидев нечто новое, незнакомое, он закрывал глаза и рисовал это в голове. Потом открывал вновь и сравнивал созданное изображение с оригиналом. Повторял процесс снова и снова, пока рисунок в памяти не будет полностью соответствовать увиденному.

Путешествуй он в одиночку, наверняка обсуждал бы увиденное сам с собой. Здесь же он делился комментариями и выводами с Мелантой, которая, как и Децимус, отличалась любопытством и жаждой новых знаний.

Через полчаса, как и обещал Каин, они вышли к небольшой деревушке. Пара десятков одноэтажных домиков в долине, окруженной лесом. Сквозь поселение протекала узкая речушка. Маг отметил, что аркейцы не роют колодцы, предпочитая селиться рядом с родниковой водой.

Две крытые повозки в сопровождении нескольких всадников двигались от деревни и уже почти скрылись в лесной чаще.

– Что они перевозят? – спросила Меланта.

– Возможно, скот, возможно, припасы. Хотя я не помню, чтобы для таких целей пользовались крытыми повозками.

– Там не скот и не припасы. – Каин резко обернулся к Децимусу, ибо тот говорил каким-то не своим голосом. Маг присел на одно колено, с закрытыми глазами, вытянув ладонь в сторону поселения. – Они здесь. Они увозят людей.

Шмулиха почувствовала опасность или поняла слова Децимуса. Она тут же стряхнула с себя сонливость, обнажила зубки и припала к земле.

– Они еще там? – резко уточнил Каин.

– Несколько. Два архонта, и один… не знаю кто. Вроде такой же, но светится по-иному. Более яркий, белый, большой…

– Че ты несешь, мать твою?!

– Колдовские заморочки. – Децимус открыл глаза. – Сделаем так. Мы с Мэл пойдем в деревню, а вы со Шмулихой освободите плененных. Идет?

Каин кивнул и сорвался с места. Шмулиха засеменила следом, обогнав своего хозяина. Спустя несколько секунд раздался знакомый, омерзительный, боевой клич ящера, переполошивший всю округу и покрывающий кожу услышавшего мурашками.

Децимус не торопясь направился к деревне, даже не успев понять, с какого это перепугу он решил спасать незнакомых людей. Все произошло слишком быстро, и Каин уже скрылся в тени деревьев. Деревушка была очень близко, и маг, перепроверяя магические формулы, успокаивал сознание, но чем ближе он подходил, тем сильнее нервничал, и наличие рядом Мэл ни капли не успокаивало.

– Ты в порядке? – спросила та, заметив легкую дрожь его рук.

– Нет, – ответил маг и поспешил к деревне. Ему было стыдно за свой страх, и потому попытки успокоить разум отошли на второй план, уступив место злости на самого себя за собственные слабости. Злость и гнев очередной раз помогали преодолеть слабости его характера.

Они приблизились к первому дому, перепрыгнули через забор и аккуратно прокрались через пышный огород к единственной улице. Тишину нарушал лишь истерический плач множества детей. Маг отмел последние сомнения и сконцентрировался.

В одной из картинных галерей Арзамаса Децимус видел картину «Рождение воительницы». На ней изображалось, как салларийские амазонки отбирают младенцев у семей побежденного города. В деревне происходило подобное, но наоборот. Архонт без видимых усилий волок за руку безуспешно отбивающуюся женщину, в то время как ребенок, хныча, бил его кулачками. Он оттолкнул мальчишку, и тот отлетел, больно ударившись и зарыдав еще громче.

Обладатель ярко сияющей ауры поражал своими размерами. На две головы выше самого рослого человека, которого встречал Децимус. Исходившее от него ощущение силы требовало преклонить колени. Словно некое совершенное существо, он отстраненно смотрел в облака сияющими, как звезды, очами. Идеальные пропорции тела и лица завораживали, будто он сам создал себя по образу идеального атланта. Одет архонт в синюю мантию гидроманта, с вышивками в форме снежинок.

– Бывший маг. Водяной… – прошептала Меланта.

– Ледяной, а не водяной.

– А в чем разница?

– Надеюсь, сегодня ты этого не узнаешь. Терпеть не могу этих отморозков.

Гигант подошел к пленной и провел ладонью у ее лица. Та мгновенно уснула, и ее положили в повозку, где уже нагромоздилась гора тел.

– Что они делают?

– Собирают тела для вселения. Создают армию. Децимус?

– Что? Что Децимус, откуда я знаю?

– Это не обязательно делать. Наша задача важнее. Возможно, этим людям уже не помочь.

– Ты с ума сошла? Мы не можем бросить их здесь! – Хотя сам он был целиком с ней согласен и наверняка поступил бы так, оказавшись перед выбором в одиночку, но какая-то невиданная глупость не позволяла так поступить. Внутренний голос орал: «Идиот! Что ты несешь???»

– Почему? – невинно спросила Мэл. – Если мы…

Наблюдающий за происходящим Децимус вдруг бросился на Меланту, повалив на землю и закрыв собой. В куст, за которым они прятались, влетел сверкающий ледяной шар. Ударившись о яблоню, он раскололся на несколько обломков, каждый из которых начал с невероятной скоростью замораживать землю вокруг себя. В считаные секунды она покрывалась ледяной коркой, растения скрючивались, кора дерева стала блестящей от покрывшей ее наледи, яблоки опадали на землю со звоном бьющейся посуды. Пораженная земля источала столь сильный холод, что маг закашлялся, вдохнув обжигающий, морозный воздух.

– Ты цел? – Мэл оттащила сотрясающегося от кашля Децимуса. – Ты сможешь что-то сделать?

– Нет, конечно. Он чертовски силен. Четвертый круг, не меньше.

Дом, за которым они прятались, заскрипел от обрушившегося на него мощнейшего бурана. Потоки ледяного ветра вперемешку со снегом за секунды превратили бурно цветущий сад в зимний, а шапка снега с крыши рухнула им на головы.

– Сделаем так… – откашлявшись, Децимус взял Мэл за плечо, – я отвлеку его, а ты разберешься с остальными. Я постараюсь продержаться. Вдвоем у нас, может, что и получится.

В дом ударило новое заклятие, и ветер изнутри вышиб закрытые ставни. Маг еле успел пригнуться, а толстенная деревяшка пролетела над его головой и врезалась в обледеневшие кусты, разбив их на множество маленьких хрустальных обломков. Мэл склонилась над своим громоздким рюкзаком.